Санкт-Петербург

www.opeterburge.ru

Всё, что нужно знать о Петербурге

Борьба с формализмом: культурные «чистки» и перестройки. Сотворение советских мифов. Всеобщая русификация. Часть III

В отличие от радикалов от искусства были и другие, в т.ч. среди верных последователей М.Бахтина нашлись яркие личности, которым удалось найти применение своим выдающимся талантам в рамках официально признанной культуры, не идя при этом на тотальные компромиссы.

Показательным в этом смысле (хотя и не слишком типичным) является пример деятельности блестящего музыковеда, литературоведа, театрального и балетного критика и историка И.И. Соллертинского. Без этого уникального человека нельзя представить себе художественную жизнь Ленинграда 1920-х - начала 1940-х гг. и особенно филармонию, в которой он проработал 15 лет, связав с этим учреждением своё имя и талант. (Начав с должности лектора, он стал консультантом, затем заведовал репертуаром, а потом был назначен художественным руководителем).

Соллертинский был городским гением, местной достопримечательностью Ленинграда. Феноменальный эрудит, знавший более 20-ти языков, включая латынь и санскрит, он являлся носителем обширных и глубоких познаний в самых разных областях - преподавал историю театра, драмы, балета, музыки, театральной критики, эстетику, психологию и др.

Шостакович и Соллертинский   

Все эти качества в сочетании с клокочущим общественным темпераментом быстро сделали его одним из творческих лидеров в Ленинграде. Его слышали все, кто бывал до войны в филармонии - Соллертинский прочёл не менее тысячи лекций и вступительных слов перед концертами. (Читая, он без всякой бумажки свободно оперировал сотнями фамилий, разъясняя "кто есть кто", приводил факты с точными датами и цифрами, мог цитировать наизусть большие куски произведений (которые были предметом публичного выступления) сначала в оригинале, предоставляя тем самым слушателям возможность оценить звучание языка автора, а затем читал те же места в русском переводе). Огромно его просветительское влияние на воспитание вкуса публики, поскольку, будучи художественным руководителем филармонии, Соллертинский направлял её репертуар, немало способствуя успеху концертов и поддержанию её высокого авторитета и престижа.

В то же время не прекращается одностороннее перекачивание талантов из Ленинграда в Москву, начатое сразу после переноса столицы в Москву в 1918 г. По замечанию художника В. Милашевского "Великий город мелел, как Великая река". Москва забирала себе деньги, людей… энергию, инициативу…". Так, в начале в 1930-х в столицу перебрались несколько ведущих деятелей ленинградского балета, среди которых были М. Семёнова, А. Ермолаев, В. Семёнов (назначенный художественным руководителем хореографического училища при Большом театре), Ф. Лопухов (ставший главным балетмейстером Большого театра, правда, ненадолго) и др. В Москве оказался истинный петербуржец О. Мандельштам.

Общая культурная изоляция страны особенно остро ощущалась в Ленинграде, исторически ориентированном на взаимодействие с европейской культурой. Ситуацию усугублял взятый в 1934 г. на вооружение курс на русский патриотизм. В условиях проводимого террора это сильно изменило положение экстерриториальных меньшинств - поляков, немцев, финнов, прибалтийцев - представителей этих национальностей всё чаще стали обвинять в шпионаже в пользу иностранных государств. Так, в сентябре 1937 г. "Ленинградская правда" обвинила ежедневную газету на финском языке "Вапуас" в финском национализме. Аналогичным обвинениям подверглись финский Дом просвещения и театральная студия при нём. (Статьи были сигналом к ликвидации означенных учреждений).
Продолжением политики русификации явилось и повсеместное сокращение числа национальных школ. А вслед за постановлением об обязательном преподавании русского языка в таких школах в марте 1938 г. были ликвидированы немногие оставшиеся национальные школы Ленинграда. Также были закрыты национальные Дома просвещения и последние патриотические издания на национальных языках.

Текст подготовила Анна Тирле
 


Защитный код
Обновить