Санкт-Петербург

www.opeterburge.ru

Всё, что нужно знать о Петербурге

Бытовые и погодные условия. Часть II

До того, как улицы занесло снегом, те, у кого еще были силы, ходили на пепелища Бадаевских складов добывать остатки испорченных продуктов пополам с землей и песком. В пригородных колхозах, совхозах собрали всё вплоть до зеленых капустных листьев. (В блокаду такую капустную ботву и суп из нее называли хряпой). На мельницах вытрясали мешки из под муки, соскребали со стен многолетнюю мучную пыль. К хлебу примешивали солод, овес (лошадей перевели на торфяной комбикорм), льняной жмых, отруби, рубленные капустные листья. А когда и это сырье было исчерпано, стали добавлять в хлеб пищевую целлюлозу. Выпеченный из малопригодных для еды ингредиентов продукт, получался сырым - пока удавалось донести его до дома, он так смерзался, что малюсенький кусочек приходилось рубить топором.

В декабре 41-го иссякли запасы топлива, прекратилось отопление зданий. Керосин населению последний раз выдали еще в сентябре, вследствие чего примусы, керосинки и керогазы (имевшиеся тогда в каждой семье) стали бесполезными. Центральное отопление также перестало действовать. Но это еще полбеды, ведь большинство домов (в т.ч. многоэтажных) отапливалось печами. Хуже то, что не было дров, а морозы ударили неожиданно рано. Поэтому обычные печи, не говоря о каминах, тоже оказались непригодными.


В квартирах и учреждениях теперь повсеместно утвердились железные "буржуйки", для растопки которых не требовалось много дров. Старые газеты и журналы были израсходованы почти моментально и в огонь пошли антикварная мебель, старинные библиотеки (бывало собираемые не одним поколением семьи). На топливо разбирали все, что могло гореть. "Буржуйки" свое дело делали, но от холода, конечно, не спасали. Спать приходилось в одежде, под несколькими одеялами, которые мало согревали голодающих людей.
Накануне войны Ленинград расходовал в сутки 1 700 вагонов топлива (главным образом привозного).

С прекращением подачи электроэнергии 08.12.41 встал общественный транспорт. Трамваи и троллейбусы громадными сугробами вмерзли в мостовую. К середине декабря от лютых морозов замерз водопровод, вышла из строя канализация. Помои и нечистоты выливали теперь прямо на лестницы или во дворы домов. За водой приходилось ходить к прорубям на Неву (к Певческому мосту, на Зимнюю канавку), Мойку, Фонтанку, Карповку.

Cтрадающий от дистрофии известный актер   
Сергей Филиппов во время блокады Ленинграда  

Благодаря набиравшим силу перевозкам через Ладогу перед самым новым 1942 годом норма хлеба была увеличена. С 25.12.41 паек рабочего составляет 300 г/сутки (для работающих в горячих цехах 400 г), служащего (ребенка, иждивенца) - 200 г. Однако не всегда удается отоварить карточки.
После успеха наших войск под Тихвином (который был освобожден 18.11.41) и прибавки хлеба все надеялись на скорый прорыв блокады, который, увы, был еще не близок.


В еду стали употреблять все, что можно варить: от кожаных ремней до столярного клея (чтобы не отравиться, его по нескольку часов вываривали). Заболевание дистрофией приняло массовый характер. Взрослые люди, с нормальным весом в 60-70 кг напоминали теперь живые мощи - их вес в среднем не превышал и 35 кг. У большинства дистрофия усугублялась цингой и острой гипертонией. Голод косил людей целыми семьями.
Печально знаменит блокадный документ - дневник маленькой Тани Савичевой, в котором едва научившаяся писать девочка аккуратно фиксировала смерти членов своей семьи: бабушки, мамы, сестры и брата. Последней в дневнике была запись: "Все умерли. Осталась одна Таня".

Текст подготовила Анна Тирле

 

 


Защитный код
Обновить